Текст и перевод песни
Охра - Чейнбол (ft. Пионерлагерь Пыльная Радуга)

Нота Нота Нота
За этот месяц в который раз,
Отче наш, вся мои дни похожи, как копипаст.
После нас люди впадают в глубокий транс.
Но напоследок давай со мною в пляс, гудан данс.

И нам параллельно чей дом,
Здесь в нем чаще мешают разбитым стеклом,
Чем льдом. Войлок квартиры на утро вверх дном.
С тех пор голова качается как чейнбол.

И нам параллельно чей дом,
Здесь в нем чаще мешают разбитым стеклом,
Чем льдом. Войлок квартиры на утро вверх дном.
С тех пор голова качается как чейнбол.

Люди в доме битком как в тетрадках буквы.
Маппет-шоу кукольный театр вуду.
В ассортименте блюда этой адской кухни.
Плюс рома больше чем на складе пиратской бухты.

Вива слэм, вива кальман.
Мы строим мошпит в твоей спальне.
Снова и снова стопка за стопкой.
Потом слово за слово, потом око за око.

Запотели окна, не парься из-за потери крови.
В деле Охра наш теремок обладает функцией телепорта.
В моем теле водка ты сделай фото на телефон, где
Я перепробовал все наркотики и бегал голый по территории.

Жарче чем Техас в июле опаснее, чем попасть под пули.
Игра что мы развернули.
Это наш мотив и нас не остановить.
Море людей stage-дайвинг ныряю под гитарный риф.

И нам параллельно чей дом,
Здесь в нем чаще мешают разбитым стеклом,
Чем льдом. Войлок квартиры на утро вверх дном.
С тех пор голова качается как чейнбол.

И нам параллельно чей дом,
Здесь в нем чаще мешают разбитым стеклом,
Чем льдом. Войлок квартиры на утро вверх дном.
С тех пор голова качается как чейнбол.

Мозг воск стек в щели меж досок.
Мрак в зрак залег, лей, недоносок,
В розовый ресторан не пустят в таких кроссах.
Доза и по фонарям наш путь вдаль долой просох.

Дети херачат на зов крылатого лога.
Матери плачут под грохот поддатого Бога.
Руки, глаза, ноги, рот - эфемерная масса.
Вдали от бога сам бог повелел быть в мясо.

Тур в понуром аду под глухие команды извне.
Два трубадура в дыму вместо шляп мозговые слизни.
Сам у себя за ночь год как эклер из коробки спизди.
Цветами играй калейдоскоп моей серой короткой жизни.

Через порядок вещей винтом на красный.
Парализованных щей бездонный праздник.
Опезденелый гудлак в отравленном масле.
Мама, порой я лишь так бываю, бля, счастлив.

И нам параллельно чей дом,
Здесь в нем чаще мешают разбитым стеклом,
Чем льдом. Войлок квартиры на утро вверх дном.
С тех пор голова качается как чейнбол.

И нам параллельно чей дом,
Здесь в нем чаще мешают разбитым стеклом,
Чем льдом. Войлок квартиры на утро вверх дном.
С тех пор голова качается как чейнбол.

Чейнбол...

От ракеты судьбы отлетают ступени.
По нам плачут гробы, но мы что-то успели.
В объектив на пальцах коряга Вестсайда.
Как шалом от солдат, бля, слоу суисайда,
Слоу суисайда.
Стрелка вверх Наверх